Применение статей ук рф

Применение статьи 187 УК РФ

Казалось бы, перечисленных трудностей можно было бы избежать, применив ст. 187 УК РФ, которая напрямую затрагивает предмет преступления — поддельные кредитные и расчетные карты.

Статья 187 УК РФ.

Изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов
1.Изготовление в целях сбыта или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт, а также иных платежных документов, не являющихся ценными бумагами, —
amp;lt;…amp;gt;
2.Те же деяния, совершенные организованной группой…

Однако при анализе данной нормы уголовного права можно увидеть, какие сложности возникают при ее практическом применении в области банковских карт. Сразу же бросается в глаза узкий круг предметов преступления: поддельные кредитные и расчетные карты. В уже не раз упоминавшемся Положении ЦБ РФ от 24 декабря 2004г. №266-П «Об эмиссии банковских карт и об операциях, совершаемых с использованием платежных карт» в п. 1.5 указано: «Кредитная организация вправе осуществлять эмиссию банковских карт следующих видов: расчетных (дебетовых) карт, кредитных карт и предоплаченных карт». Следовательно, подделка предоплаченных карт не охватывается составом преступления ст. 187 УК РФ, т.е. уголовно ненаказуема и не является преступлением.
Другая проблема ст. 187 УК РФ заключается в следующем. Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007г. №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»[60] хищения денежных средств путем использования похищенной или поддельной кредитной (расчетной) карты (см. п. 13) в банкоматах, пунктах выдачи наличных (ПВН) кредитных организаций, торгово-сервисных предприятиях (ТСП) квалифицированы либо как кража (ст. 158 УК РФ), либо как мошенничество (ст. 159 УК РФ). Таким образом, «сбыт» в ст. 187 УК РФ трактуется только как переход поддельной карты от одного владельца к другому, причем такой переход должен осуществляться вне преступной группы. Если поддельные карты изготавливались не на продажу, а для личного использования, в том числе внутри преступной группы (функции по изготовлению и использованию поддельных карт были разделены между членами группы), то ст. 187 УК РФ не применяется, так как уголовная ответственность предусматривается за изготовление поддельных кредитных, расчетных карт только с целью сбыта. Практически под данную статью стали попадать только так называемые «фабрики». При этом в случае обнаружения такой «фабрики» само по себе изготовление поддельных карт преступлением не будет. Следствию необходимо будет доказать, что поддельные карты изготавливались с целью сбыта либо сбывались и что данные карты являются поддельными.
Такая ситуация быстро отразилась на статистике МВД РФ (табл. 1.7), количество возбужденных дел по ст. 187 УК РФ после 2008г. резко упало, что совершенно не отражает реальное положение дел с количеством поддельных кредитных, расчетных карт, изготавливаемых и используемых на территории России.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007г. №51 поставило еще ряд вопросов, вызвав этим достаточную неопределенность в вопросах расследования преступлений с использованием поддельных карт.
Пункт 14 Постановления ВС РФ от 27 декабря 2007г. №51:
«Изготовление лицом поддельных банковских расчетных либо кредитных карт для использования в целях совершения этим же лицом преступлений, предусмотренных ч. 3 или ч. 4 ст. 159 УК РФ, т.е. в целях совершить мошенничество»:
•с использованием своего служебного положения;
•в крупном размере;
•организованной группой;
•в особо крупном размере
«следует квалифицировать как приготовление к мошенничеству».
При этом не разъяснено:
1)как квалифицировать изготовление поддельных небанковских расчетных либо кредитных карт, например, American Express, Diners Club, JCB, в тех же целях?
2)как квалифицировать изготовление поддельных банковских расчетных либо кредитных карт в целях «хищения чужих денежных средств», «если выдача наличных денежных средств осуществляется посредством банкомата»? Поскольку в п. 13 этого же Постановления хищение денежных средств с использованием банкоматов квалифицируется не как мошенничество, а как кража. Под данный вид поддельных карт попадает так называемый «белый пластик», использование которого в России в последнее время отмечено во все возрастающих объемах;
3)дополнительно следует отметить, что в связи с тем, что доказать приготовление к хищению денежных средств в крупном или особо крупном размере при изготовлении поддельных банковских расчетных либо кредитных карт иностранных банков эмитентов крайне сложно, так как практически нереально получить от иностранного банка информацию о размере банковского счета, с которого осуществлялось приготовление к хищению денежных средств, то и квалифицировать данным образом такое преступление будет также невозможно. При этом в настоящий момент на территории России довольно распространенным является хищение денежных средств со счетов держателей карт иностранных эмитентов.
Далее в п. 14 Постановления ВС РФ от 27 декабря 2007г. №51 указано, что «сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт, а также иных платежных документов, не являющихся ценными бумагами, заведомо непригодных к использованию, образует состав мошенничества и подлежит квалификации по соответствующей части статьи 159 УК РФ».
Здесь также возникает ряд вопросов.
1.Кто и на каком этапе уголовного преследования определяет, что карта заведомо непригодна к использованию?
Понятие поддельной или подлинной кредитной или расчетной карты является юридическим, следовательно, вывод об этом должен делать следователь. Однако следователь не обладает специальными познаниями и самостоятельно сделать вывод о том, что карта поддельная и пригодна к использованию, не может. Помочь следователю в этом вопросе должна экспертиза, которая даст необходимые и достаточные данные для признания карты подлинной или поддельной. Но в настоящий момент в России не создана единая методика осуществления экспертиз поддельных кредитных и расчетных карт. Работы над ней еще только ведутся. Нет даже четкого и единообразного определения понятий «поддельная кредитная», «поддельная расчетная» карта. В России не создана система институтов производства экспертизы поддельных кредитных и расчетных карт.

Пленум ВС поспорил о принципах гуманизации при толковании УК

Пленум Верховного суда РФ 24 апреля отправил на доработку проект постановления, разъясняющего порядок переквалификации судами категории преступления на менее тяжкую. При обсуждении документа несколько судей из регионов основательно покритиковали предложенную редакцию, однако с ними не согласился представитель Генпрокуратуры, занявший в итоге «промежуточную» позицию.

Проект, состоящий всего из 14 пунктов, пленуму представила судья ВС РФ Татьяна Ермолаева. Она сообщила, что он разработан по результатам обобщения практики применения судами положений части 6 статьи 15 УК РФ и неоднократно обсуждался судейским и научно-юридическим сообществом, а также в профильных министерствах и ведомствах. По словам судьи, институт изменения категории преступления, введенный в уголовное законодательство в 2011 году, нуждается в дальнейшем развитии и совершенствовании.

– С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе при наличии смягчающих и отсутствии отягчающих обстоятельств изменить категорию преступления на менее тяжкую – но не более чем на одну категорию, – напомнила Ермолаева. – Но надо заметить, что за шесть лет существования этого института суды крайне редко применяют часть 6 статьи 15 УК!

Как рассказала докладчик, в 2016 году «облегчение» категории состоялось в отношении лишь 2060 осужденных, а в 2017 году таковых граждан набралось и вовсе 1851.

– Это всего половина одного процента от общего числа лиц, осужденных за преступления от средней тяжести до особо тяжких! – посетовала Ермолаева. – Кстати, половина случаев применения данной нормы закона приходится на долю граждан, осужденных за преступления против собственности.

Далее она сообщила, что при тщательном изучении судебной практики были выявлены случаи, когда суды «недостаточно полно обосновывали принятые решения», а в приговорах «отсутствовали надлежащие мотивы применения» упомянутой нормы. А часто содержащаяся в приговоре фраза «суд не находит основания для изменения категории преступления» демонстрирует формальный подход к делу. Все это и стало основанием для разработки обсуждаемого проекта.

– Важно понимать, что общественная опасность конкретного преступления далеко не всегда совпадает с его законодательной категорией, установленной в статье 15 УК РФ, – подчеркнула Ермолаева, коротко «проходясь» по пунктам документа. – Например, даже то обстоятельство, что совершено неоконченное преступление либо оно совершено лицом, не достигшим 18-летнего возраста, и в силу положений общей части УК максимальное наказание, которое может быть назначено за него, менее максимального наказания, предусмотренного санкциями конкретной статьи, на категорию преступления зачастую не влияет.

Степень же общественной опасности в каждом случае должна определяться с учетом «очень многих факторов», отметила судья. Например, нужно непременно учитывать стадию осуществления преступного намерения и реальную роль обвиняемого в том или ином деянии.

Камнем же преткновения для разработчиков, по словам Ермолаевой, стали десятый и одиннадцатый пункты документа. Из п. 10 было в качестве варианта было предложено исключить указание на ряд статей УК, а п. 11 убрать из проекта целиком, так как некоторые разработчики посчитали такой подход все же «излишне формальным».

– Институт освобождения от наказания существенно отличается от института освобождения от уголовной ответственности, – заметила в связи с этим докладчик. – Да, последний не предполагает постановления приговора с назначением наказания, но лишь по той причине, что в силу определенных обстоятельств, например, примирения с потерпевшим, обвиняемый освобождается судом от рассмотрения вопроса о его виновности.

Ермолаева также разобрала типичную ситуацию, когда суд признал лицо виновным в совершении тяжкого преступления и назначил наказание за содеянное, изменив категорию на преступление средней тяжести. Коль скоро при этом было установлено, что с учетом такого изменения имелись бы основания для освобождения от уголовной ответственности, освобождение осужденного от отбывания наказания «было бы логичным и справедливым решением при применении ч. 6 ст. 15 УК РФ». В описанном случае исполнение наказания явилось бы «избыточным применением уголовной ответственности».

Поддержав документ в предложенной редакции, судья отметила, что отсылка в п. 10 на статьи 76.2 и 92 УК РФ, как и необходимость всего п. 11, все-таки нуждается в дополнительном обсуждении.

– Возможно, эти разъяснения являются и преждевременными, – подытожила Ермолаева.

Вячеслав Лебедев пригласил на трибуну зампредседателя Пермского краевого суда Евгения Рудакова. Он назвал проект постановления «нужным и очень своевременным», а также «важнейшим разъясняющим источником» на пути гуманизации правоприменения. Как считает судья, содержащийся в документе исчерпывающий перечень факторов, который должен приниматься в расчет судами при смягчении категории, поможет избежать пресловутого «формального подхода» и необоснованных отказов в применении ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Исключение же из п. 10 проекта указания на ст. 92 УК «судьями не поддерживается», сказал Рудаков. «Судебная практика складывается таким образом, что суды Пермского края при изменении категории преступления широко применяют положения данной статьи», – отметил он. Однако ссылку на ст. 76.2 УК он призвал исключить, как и «спорный» п. 11 целиком. Норма ст. 76.2 предполагает освобождение от ответственности, а не наказания, но «как раз такой подход формален», убеждал участников пленума судья. Если же оставить п. 11, то потребуется внесение изменений в УК и УПК, сообщил он.

Следующей взяла слово судья Калининградского облсуда Татьяна Долгих, которая тоже похвалила документ за направленность на формирование единообразной судебной практики. Пункты 10 и 11 она назвала «представляющими особый интерес» и «дополнительной возможностью индивидуализировать наказание». Она полностью поддержала позицию Рудакова по этим пунктам (в части необходимости исключения упомянутых выше отсылок и разъяснений), уточнив, что предоставление суду возможности после освобождения осужденного от уголовного наказания применить положения ст. 76.2 УК и назначить ему судебный штраф «породит множество дополнительных вопросов, на которые нет ответов в нынешней редакции УПК».

Замминистра юстиции РФ Алу Алханов коротко поддержал проект, заметив, что рабочей группой были учтены абсолютно все замечания Минюста.

Последним выступил замгенпрокурора РФ Леонид Коржинек, указавший, как и предыдущие ораторы, на важность документа, «призванного снять многие острые вопросы».

– Все наши предложения были учтены, – подтвердил Коржинек, – а что касается пунктов семь, десять и одиннадцать, считаем целесообразным изложить их именно в предложенном варианте.

Но подлежит ли отмене «смягченный» приговор, если лицо в итоге не уплатило судебный штраф, – этот вопрос все равно «встанет в полный рост», рассуждал далее замгенпрокурора. В любом случае, согласно его позиции, в эту часть постановления необходимо включить еще более подробные «дополнительные разъяснения» для судов.

– Но в целом проект, безусловно, заслуживает поддержки – и мы его поддерживаем! – заключил он.

Вячеслав Лебедев предложил сформировать редакционную комиссию для доработки документа, который предполагается рассмотреть на одном из ближайших заседаний пленума ВС РФ.

Статья 96 УК РФ. Применение положений настоящей главы к лицам в возрасте от восемнадцати до двадцати лет (действующая редакция)

В исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности суд может применить положения настоящей главы к лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, кроме помещения их в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа либо воспитательную колонию.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 96 УК РФ

В комментируемой статье расширяется круг лиц, в отношении которых суд может применить положения гл. 14 УК: это лица, совершившие преступления в возрасте от 18 до 20 лет. Вопрос о применении особенностей уголовной ответственности и наказания к совершеннолетним до 20 лет выносится на усмотрение суда с учетом тяжести совершенного преступления, умственного развития и иных характеристик личности осужденного.

Применение статей ук рф

РЕЖИМ РАБОТЫ СУДА

понедельник — четверг
с 9-00 до 18-00 часов

Обеденный перерыв
с 13-00 до 13-45 часов

Выходные : суббота, воскресенье

по результатам изучения судебной практики применения положений ч. 6 ст. 15, ч. 5 ст. 72, ст. 96 УК РФ при рассмотрении уголовных дел районными (городскими) судами Иркутской области

за период 2016 год, первое полугодие 2017 года

В соответствии с планом работы Иркутского областного суда на второе полугодие 2017 года изучена практика применения районными (городскими) судами Иркутской области при рассмотрении уголовных дел в 2016 году, первом полугодии 2017 года положений ч. 6 ст. 15, ч. 5 ст. 72, ст. 96 УК РФ.

Данная справка подготовлена на основании изучения и анализа информации и судебных решений, представленных судами области.

Целью настоящего обобщения явилось изучение судебной практики, выявление ошибок и нарушений закона, допускаемых судами, выработка рекомендаций по их устранению, формирование единообразия судебной практики по спорным и неясным вопросам применения указанных положений.

Сведения о количестве судебных решений по анализируемым нормам закона приведены в таблице.

полугодие 2017 года

Применение положений части 6 статьи 15 УК РФ

Указанная норма была введена в Уголовный кодекс РФ Федеральным законом от 07.12.2011 № 420-ФЗ

В соответствии с данной нормой закона с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд вправе изменить категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию, при наличии следующих условий (ч. 6 ст. 15) :

1) наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств;

2) назначение судом за совершение преступления средней тяжести наказания, не превышающего трех лет лишения свободы, или другого более мягкого наказания; за совершение тяжкого преступления — наказания, не превышающего пяти лет лишения свободы, или другого более мягкого наказания; за совершение особо тяжкого преступления — наказания, не превышающего семи лет лишения свободы.

Федеральным законом от 7 декабря 2011 № 420-ФЗ статья 299 УПК РФ дополнена пунктом 6.1, согласно которому при постановлении приговора судом дополнительно решается следующий вопрос: имеются ли основания для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Деление преступлений на категории в зависимости от степени их общественной опасности влияет на решение многих вопросов уголовной ответственности. Например, определение вида рецидива, наказуемость приготовления к преступлению, определение признаков преступного сообщества, а также возможность назначения некоторых видов наказаний, освобождения от уголовной ответственности и наказания, погашения судимости и другие обстоятельства.

Конституционность данной нормы закона была предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации (далее — Конституционный Суд РФ). Определением от 23 октября 2014 года № 2503-О отказано в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гвоздилова Александра Петровича как не отвечающей требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

Заявитель утверждал, что данная норма ограничивает возможность изменения категории преступления при рассмотрении в порядке, предусмотренном статьей 399 УПК РФ, вопросов исполнения приговоров, в которых не учитывались фактические обстоятельства, необходимые для такого изменения.

Конституционный Суд РФ сформулировал правовую позицию, из которой следует, что данная новелла улучшает положение осужденных (определения Конституционного Суда РФ от 24 декабря 2012 года № 2339-О , от 21 марта 2013 года № 479-О , от 17 июля 2014 года № 1637-О и др.), а потому ходатайства осужденных о приведении приговоров в соответствие с действующим уголовным законом подлежат рассмотрению по существу.

Конституционный Суд РФ указал, что законодатель не устанавливает, какое именно значение при решении вопроса об изменении категории преступления могут иметь те или иные обстоятельства, предоставляя тем самым суду общей юрисдикции право в каждом конкретном случае давать им оценку, не допуская произвольного отказа в таком изменении, в том числе на стадии исполнения приговора.

Аналогичной позиции придерживается и Верховный Суд Российской Федерации (далее — Верховный Суд РФ), разъяснивший в постановлении Пленума от 20 декабря 2011 года № 21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора», что в силу части 4 статьи 7 УПК РФ постановление судьи, вынесенное по результатам рассмотрения вопросов, связанных с исполнением приговора, должно быть законным, обоснованным и мотивированным. С учетом же того, что в установленном главой 47 УПК РФ порядке суд решает, в частности вопросы замены, назначения или смягчения наказания, освобождения от отбывания наказания, постановление судьи должно отвечать и требованию справедливости (пункт 35) .

По вопросу применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ Верховным Судом РФ были даны многочисленные разъяснения в ряде постановлений Пленумов.

Так, в пункте 19 постановления Пленума от 15 ноября 2016 года № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности» Верховный Суд РФ рекомендовал судам при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении одного или нескольких преступлений, предусмотренных статьями 159 — 159.3 , 159.5 , 159.6 , 160 , 165 УК РФ, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также статьями 170.2 , 171 — 174 , 174.1 , 176 — 178 , 180 — 183 , 185 — 185.4 , частью 1 статьи 185.6 , статьями 190 — 199.2 УК РФ, руководствоваться общими началами назначения наказания, обсуждать возможность применения положений частей 1 и 2 статьи 64 , статьи 73 , а также части 6 статьи 15 и статьи 80.1 УК РФ. Обратил внимание, что содержание осужденного под стражей до постановления приговора не может предопределять назначение ему наказания в виде реального лишения свободы.

Давая рекомендации по применению норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции, Верховный Суд РФ в пункте 11 указал, что с учетом положений пункта 2 части 3 статьи 30 УПК РФ состав суда апелляционной инстанции определяется исходя из той категории преступления, по обвинению лица в котором уголовное дело поступило в суд первой инстанции, в том числе когда судом первой инстанции действия лица были переквалифицированы с особо тяжкого или тяжкого преступления на преступление небольшой или средней тяжести либо на основании части 6 статьи 15 УК РФ изменена категория преступления ( постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 ноября 2012 года № 26 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде апелляционной инстанции» в ред. постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 декабря 2015 года № 54).

В пункте 15 указанного постановления Верховный Суд РФ напомнил судам, что в случае изменения судом категории преступления на основании части 6 статьи 15 УК РФ вид исправительного учреждения назначается осужденному с учетом измененной категории преступления.

Поскольку изменение категории влияет на решение многих вопросов уголовной ответственности, то судам области было рекомендовано осторожно подходить к данному вопросу, свой вывод об изменении категории преступления тщательно мотивировать, строго руководствоваться положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ во взаимосвязи с п. 6.1 ст. 299 УПК РФ.

За анализируемый период при вынесении итогового решения суды области изменяли категорию преступления только по 9 уголовным делам в отношении 16 подсудимых, при этом 2 судебных решения в суде апелляционной инстанции подверглись изменению. Из них по 4 уголовным делам постановлены приговоры, а по 5 уголовным делам вынесены постановления о прекращении уголовного дела.

Приговором Иркутского районного суда М., М2., Ш, К. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, и каждому из них назначено наказание в виде лишения свободы в следующих размерах: М. сроком на 3 года; М., Ш. и К. — сроком на 2 года 6 месяцев каждому.

Категория преступления, за совершение которого осуждены М., М., Ш., К., на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ судом была изменена и отнесена к средней тяжести. При вынесении такого решения суд сослался на обстоятельства, характеризующие поведение подсудимых после совершения преступления (их явки с повинной, активное содействие следствию, признание вины, раскаяние в содеянном, а в отношении М. еще и возмещение в полном объеме ущерба, причиненного в результате преступления), данные об их личностях (подсудимые социально адаптированы, имеют место жительства, семьи и малолетних детей на своем иждивении), а также совокупность имеющихся смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих.

Однако апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда приговор был изменен.

При этом судебная коллегия пришла к выводу, что суд не указал, какие данные, свидетельствующие о меньшей степени общественной опасности преступления, явились основанием для принятия решения о снижении категории преступления, в приговоре не привел надлежащие мотивы в обоснование вывода о наличии оснований для изменения категории преступления. По мнению суда апелляционной инстанции, выводы суда первой инстанции содержали общие суждения о том, что фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности позволяют изменить категорию преступления.

Судебная коллегия указала, что выводы суда о снижении категории преступления противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела, поэтому признала доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы представителя потерпевшего о незаконности применения ч. 6 ст. 15 УК РФ и снижении категории преступления с тяжкой на категорию средней тяжести подлежащими удовлетворению, указание о снижении категории преступления на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ — подлежащим исключению из приговора.

Иркутский районный суд, постановляя приговор в отношении Б. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (хищение из дома соседей карты «Т» с находящимися на ней денежными средствами), изменил категорию с тяжкой на средней тяжести, что позволило суду назначить наказание в виде штрафа в размере 5 000 рублей и освободить Б. от наказания, применив к нему принудительную меру воспитательного воздействий в виде предупреждения. В обоснование решения об изменении категории преступления суд указал, что отягчающих наказание обстоятельств суд не установил, в качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признал несовершеннолетний возраст подсудимого, признание вины, раскаяние в содеянном, добровольное возмещение ущерба, мнение потерпевшей.

Ленинский районный суд г. Иркутска при постановлении приговора также изменил категорию преступления со средней тяжести на преступление небольшой тяжести при осуждении П. по ч. 2 ст. 273 УК РФ. Уголовное дело рассмотрено в особом порядке. Свое решение суд мотивировал отсутствием отягчающих наказание обстоятельств — тем, что П. вину признал полностью, раскаялся в содеянном, активно способствовал раскрытию преступления, возместил ущерб, имеет на иждивении ребенка. П. было назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев.

Приговором Киренского районного суда изменена категория преступления с тяжкого на среднюю тяжесть при осуждении Д. по п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Формально воспроизведя формулировку ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд сослался на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств и наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств: признание вины в нанесении телесных повреждений потерпевшей, компенсация вреда за причинение телесных повреждений, молодой возраст, проблемы со здоровьем, аморальность поведения потерпевшей (употребившей алкогольные напитки в чрезмерном количестве). Вместе с тем суд первой инстанции оставил без внимания, что Д. вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, преступление совершил в состоянии алкогольного опьянения и в период испытательного срока при условном осуждении Киренским районным судом по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, что суд не признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства. Изменив категорию преступления, суд назначил наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком в 5 лет, сохранив условное осуждение по приговору от (дата).

По апелляционному представлению государственного обвинителя апелляционным определением приговор изменен. Суд второй инстанции исключил из приговора указание об изменении категории преступления, отменил условное осуждение по приговору районного суда от (дата), назначив наказание по совокупности приговоров в виде лишения свободы сроком на 5 лет. Исключая изменение категории преступления, суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что суд первой инстанции формально воспроизвел норму закона, не приведя законных оснований для принятия такого решения. Следует также отметить, что резолютивная часть данного приговора в отличие от других вышеприведенных приговоров не содержала указания об изменении категории преступления.

Вышеприведенные примеры свидетельствуют о том, что суды области испытывают затруднения при разрешении вопроса о том, следует ли указывать об изменении категории преступления в резолютивной части приговора либо достаточно суждений суда на этот счет в описательно-мотивировочной части приговора.

Верховный Суд РФ, отвечая на поступившие из судов вопросы (ответ на 18 вопрос) по применению федеральных законов от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» и от 7 декабря 2011 года № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», рекомендовал решение по предусмотренному п. 6.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопросу об изменении категории преступления отражать в описательно-мотивировочной части приговора (утверждены Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 июня 2012 года).

Изменение категории преступлений имело место быть и в суде апелляционной инстанции.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда изменен приговор Шелеховского городского суда в отношении К. и С . Суд апелляционной инстанции изменил категорию преступления, совершенного С. с особо тяжкого (п. «б» ч. 3 ст. 161 УК РФ) на тяжкое, снизив назначенное наказание с 5 до 4 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. В обоснование принятого решения суд второй инстанции указал, что совершенное С. преступление относится к категории особо тяжкого в связи с размером причиненного ущерба. Вместе с тем фактические обстоятельства содеянного свидетельствуют о второстепенной роли С. в процессе непосредственного изъятия имущества, что позволяет судебной коллегии в данном случае применить требования ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Суды области испытывают затруднения и в решении вопроса о возможности либо неё отсутствия вынесения иного судебного решения помимо приговора, в частности постановления о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, когда категория преступления изменена с тяжкой на среднюю тяжесть.

Из информации, представленной судами области, следует, что 2 суда (из 43) полагают возможным вынесение таких решений. За указанный период 2 суда области вынесли 5 постановлений о прекращении уголовного дела в отношении 9 подсудимых, в которых суды выносили решения об изменении категории преступлений, из них 1 решение вынесено Иркутским районным судом в отношении одного подсудимого, 4 решения в отношении 8 подсудимых вынесено Усть-Кутским городским судом.

В отличие от приговоров этот вид судебного решения вызывает сомнения в их законности и обоснованности.

Верховный Суд РФ в пункте 26 постановления Пленума от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» давал разъяснение следующего содержания: « В случае, когда при постановлении приговора суд, назначив наказание, в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ изменил категорию преступления на менее тяжкую, то при наличии оснований, предусмотренных статьями 75 , 76 , 76.1 и 78 УК РФ, он освобождает осужденного от отбывания назначенного наказания». По смыслу вышеприведенного разъяснения вопрос изменения категории преступления может быть решен только в приговоре и только после назначения вида и срока наказания.

Практическая реализация данного разъяснения, связанного с применением положений гл. 11 УК РФ в случае изменения судом категории преступления, оказалась сложной, так как согласно ч. 6 ст. 15 УК РФ изменение категории преступления возможно лишь после назначения наказания, не превышающего определенный размер, а в соответствии со ст. 299 УПК РФ этот вопрос решается только в совещательной комнате при постановлении приговора. В связи с этим неясным оставался механизм реализации положений ч. 6 ст. 15 УК РФ с последующим применением в отношении лица положений гл. 11 УК РФ без его согласия, получение которого возможно только на этапах до удаления суда в совещательную комнату.

Постановление м Пленума от 29 ноября 2016 № 56 Верховный Суд РФ указанный пункт исключил.

Отсутствие четкой законодательной регламентации породило противоречивость в судебной практике Иркутской области.

В связи с чем в целях формирования единообразия в правоприменительной практике до получения соответствующих разъяснений Верховного Суда РФ либо изменения нормы закона судебной коллегией по уголовным делам Иркутского областного суда даны рекомендации, в соответствии с которыми вопрос об изменении категории преступления может быть решен только в приговоре.

Такая рекомендация основана на анализе взаимосвязанных положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, ч. 2 ст. 27 и ст. 299 УПК РФ, в соответствии с которыми при наличии ряда условий, в том числе назначения определенного наказания, что возможно только при постановлении приговора, в совещательной комнате суд вправе изменить категорию преступления на менее тяжкую, по которому формально возможно прекращение уголовного дела, но на прекращение уголовного дела или уголовного преследования требуется согласие лица. Удалившись в совещательную комнату, суд не может выяснить согласие подсудимого на прекращение уголовного дела по нереабилитирующему основанию.

Поэтому полагаем, когда обстоятельства, влекущие применение положений гл. 11 УК РФ, обнаружились после удаления суда в совещательную комнату, в том числе в случае возникшей в совещательной комнате необходимости изменения категории преступления, суд выносит обвинительный приговор с назначением наказания.

В связи с этим находим подобную практику Усть-Кутского городского суда по прекращению уголовных дел после изменения категории инкриминируемого преступления на менее тяжкую не соответствующей требованиям уголовного закона.

Считаем, что законодатель предусмотрел возможность изменения категории преступления исключительно при постановлении только одного вида итогового судебного решения — обвинительного приговора с назначением наказания.

При применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ судам необходимо учитывать, что лишь исключительные обстоятельства могут быть основанием для изменения категории преступления. Такое решение влечет значимые юридические последствия, которые, в частности, могут определять наказуемость деяния, поскольку уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому или особо тяжкому преступлению, могут потребовать необходимости применения положений ч. 1 ст. 56 УК РФ и др, которые влияют на признание в содеянном отдельных разновидностей опасного или особо опасного рецидива, на назначение вида исправительного учреждения осужденным к лишению свободы ( ст. 58 УК РФ), определяют правила назначения наказания по совокупности преступлений ( ст. 69 УК РФ), а также влияют на исчисление сроков погашения судимости, изменение условий для условно-досрочного освобождения от отбывания наказания.

Полагаем, что сами по себе обстоятельства, смягчающие наказание, не могут иметь самостоятельного значения при принятии судом решения об изменении категории преступления на менее тяжкую. Основанием для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ является не наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, положительные данные подсудимого, на что суды указывали в своих решениях, а фактические обстоятельства совершения преступления и степень его общественной опасности. Суд обязан в приговоре указать, с учетом каких фактических обстоятельств принимается решение об изменении категории совершенного преступления.

Постановлением Иркутского районного суда прекращено уголовное дело в отношении Б., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, на основании ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей. Б. от уголовной ответственности освобожден с учетом того, что в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ изменена категория совершенного им преступления на менее тяжкую, так как подсудимый не судим, вину в содеянном признал в полном объеме, не утратил социальных и родственных связей, осознал содеянное, искренне раскаялся в совершенном преступлении, примирился с потерпевшей, загладил причиненный вред в полном объеме путем возврата похищенного имущества, принес извинения потерпевшей.

Лидером по вынесению постановлений о снижении категории преступления и прекращении уголовного дела является Усть-Кутский городской суд, который за указанный период вынес 4 из 5 постановлений данной категории.

Постановлением Усть-Кутского городского суда по уголовному делу в отношении Т., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, снижена категория преступления до средней тяжести, и он освобожден от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в соответствии со ст. 76 УК РФ. Свое решение суд мотивировал следующим образом: «Учитывая личность подсудимого, впервые совершившего уголовно-наказуемое деяние, фактические обстоятельства совершения преступления и степень его общественной опасности, а также установленные судом смягчающие обстоятельства, указанные в п. п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, позволяют суду по уголовному делу в отношении Т. снизить категорию преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, относящегося на основании ч. 4 ст. 15 УК РФ к категории тяжких, по правилам ч. 6 ст. 15 УК РФ, т. е. на одну категорию и считать его преступлением средней тяжести».

Однако в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд вправе изменить категорию преступления при соблюдении ряда условий. В данном случае, за совершение тяжкого преступления назначается наказание, не превышающее пяти лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание. Однако описательно-мотивировочная часть постановления не содержит суждений суда о размере назначаемого наказания.

Постановлением Усть-Кутского городского суда снижена категория инкриминируемого Д. и Т. преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с тяжкого на преступление средней тяжести. Суд освободил обоих от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в соответствии со ст.76 УК РФ, прекратив уголовное дело.

Аналогичные решения вынесены этим же судом в отношении Г., М., Ш., Н., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, а также в отношении А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст.161 УК РФ. Во всех вышеприведенных решениях воспроизведена формулировка ч. 6 ст. 15 УК РФ. В обоснование принятых решений суд сослался на наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. Ни одно из этих решений не содержит суждений о назначении наказания по преступлениям тяжкой категории менее пяти лет.

Применение положений части 5 статьи 72 УК РФ

В соответствии с данной нормой закона при назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

Указанная норма закона не содержит критерий разграничения судебных решений: в каких случаях суд смягчает наказание, а в каких — полностью освобождает от отбывания наказания. Не содержит норма закона и данных об эквиваленте срока содержания под стражей размеру штрафа. Суды области испытывают затруднения в изложении резолютивной части приговора. Некоторые судьи полагают, что с учетом требований ч. 5 ст. 72 УК РФ сразу же назначается наказание в виде штрафа в меньшем размере, нежели он мог быть назначен. Другие полагают необходимым назначить наказание в виде штрафа в определенном размере, а после с учетом требований ч. 5 ст. 72 УК РФ его смягчить.

Отсутствие четкой законодательной регламентации указанного вопроса частично восполнено разъяснениями Верховного Суда РФ.

Так, в пункте 4 постановления Пленума от 22 декабря 2015 года № 58 (ред. от 29 ноября 2016 года) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» Верховный Суд РФ дал разъяснение следующего содержания: «При назначении штрафа в качестве основного наказания осужденному, содержавшемуся под стражей, суд вправе с учетом срока содержания под стражей либо полностью освободить такое лицо от отбывания данного наказания, либо смягчить его ( часть 5 статьи 72 УК РФ). В случае смягчения наказания размер штрафа может быть ниже минимального предела, установленного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ, но не ниже минимального предела, установленного частью 2 статьи 46 УК РФ для конкретного способа исчисления штрафа».

Не оставил без внимания данный вопрос Верховный Суд РФ и в иных постановлениях Пленумов.

Постановление Пленума от 20 декабря 2011 № 21 (ред. от 29.11.2016) «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора», было дополнено пунктом 5.5, согласно которому при разрешении вопроса о замене штрафа иным наказанием следует проверять, применялись ли при постановлении приговора положения части 5 статьи 72 УК РФ в отношении лица, содержавшегося до судебного разбирательства под стражей. В том случае, когда размер штрафа был назначен с учетом срока содержания осужденного под стражей, этот же срок не может быть зачтен в срок наказания, которым заменяется штраф.

В соответствии с п. 19 постановления Пленума от 15 ноября 2016 года № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности», при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении одного или нескольких преступлений, предусмотренных статьями 159 — 159.3 , 159.5 , 159.6 , 160 , 165 УК РФ, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также статьями 170.2 , 171 — 174 , 174.1 , 176 — 178 , 180 — 183 , 185 — 185.4 , частью 1 статьи 185.6 , статьями 190 — 199.2 УК РФ, судам необходимо руководствоваться общими началами назначения наказания, обсуждать возможность применения положений частей 1 и 2 статьи 64 , статьи 73 , а также части 6 статьи 15 и статьи 80.1 УК РФ. Следует иметь в виду, что содержание осужденного под стражей до постановления приговора не может предопределять назначение ему наказания в виде реального лишения свободы. При этом в силу положений части 5 статьи 72 УК РФ, назначая такому лицу в качестве основного вида наказания штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает осужденного от отбывания этого наказания.

За анализируемый период судами области вынесено 22 судебных решения, в которых разрешались правила назначения наказания в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ.

Судами области вынесены 12 приговоров, по которым осужденные полностью освобождены от наказания.

Представленные на изучение приговоры свидетельствуют о том, что такие решения, как правило, выносились в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений небольшой и средней тяжести. При этом срок содержания под стражей варьировался от 8 дней до 10 месяцев 16 дней, размер штрафа, назначенного в качестве основного наказания, составлял от 5000 рублей до 70 000 рублей.

Так, приговором Саянского городского суда П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 328 УК РФ, за которое ему назначено наказание в виде штрафа в размере 5 000 рублей. Учитывая срок содержания П. под стражей до судебного разбирательства, суд освободил его от отбывания данного наказания. Как следует из приговора, П. признан виновным в совершении преступления небольшой тяжести, ему назначен штраф в размере 5000 рублей, он содержался под стражей 8 дней.

Приговором Усть-Кутского городского суда Б. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 228 УК РФ, ему назначено наказание в виде штрафа в размере 38 000 рублей, от которого он освобожден, так как содержался под стражей и под домашним арестом (10 месяцев 16 дней).

По 10 приговорам, постановленным в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений средней и тяжкой категории, наказание было смягчено. При этом срок содержания под стражей варьировался от 1 суток до 3 месяцев, размер штрафа, назначенного в качестве основного наказания, составил от 6 000 рублей до 8 100 000 рублей. В 7 случаях суды назначали наказание в виде штрафа в определенном размере, а затем, применив требование ч. 5 ст. 72 УК РФ, смягчали наказание. По 3 приговорам с учетом положений ч. 5 ст. 71 УК РФ сразу же назначалось наказание в виде штрафа в меньшем размере.

Приговором Куйбышевского районного суда У. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 291 У К РФ, ему назнач ено наказание в виде штрафа в размере сорокакратной суммы взятки – 4 000 000 рублей. На основании ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом времени содержания У. под стражей назначенное ему наказание суд смягчил до 3 000 000 рублей.

Мера пресечения в виде с одержания под стражей, избранная У., изменена до вступления приговора в законную силу на подписку о невыезде и надлежащем поведении с освобождением из-под стражи в зале суда.

Приговором Эхирит-Булагатского районного суда при определении размера штрафа суд, принимая во внимание, что подсудимый А. содержался под стражей 3 месяца, руководствуясь ч. 5 ст. 72 УК РФ, сразу же назначил наказание в виде штрафа ниже минимального предела, установленного санкцией ч. 3 ст. 260 УК РФ, в размере 700 000 рублей, с рассрочкой выплаты на 5 лет по 11 666 рублей в месяц.

Применение положений статьи 96 УК РФ

В соответствии со статьей 96 УК РФ в исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности суд может применить положения настоящей главы к лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, кроме помещения их в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа либо в воспитательную колонию.

Конституционность данной нормы закона была предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, который определением от 28 мая 2013 года № 790-О отказал в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Телепина Андрея Валентиновича на нарушение его конституционных прав положениями статьи 57, части второй статьи 59 и статьи 96 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения допускают дискриминацию при назначении наказания мужчинам, совершившим особо тяжкие преступления против жизни и здоровья в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, поскольку в силу статьи 96 УК РФ позволяют суду по своему усмотрению назначать наказание некоторым из мужчин этого возраста в соответствии с правилами о назначении наказания несовершеннолетним, что исключает применение к ним таких видов наказания, как смертная казнь или пожизненное лишение свободы, хотя согласно статьям 57 и 59 данного Кодекса достаточным условием для применения указанных видов наказания является совершение психически здоровым мужчиной соответствующего преступления по достижении им восемнадцатилетнего возраста.

Проанализировав указанные нормы закона, Конституционный Суд РФ указал: «данные законоположения не предусматривают возможность применения судом правил о назначении наказания несовершеннолетним к лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет. Такая возможность закреплена статьей 96 УК РФ, согласно которой в исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности суд может применить положения главы 14 «Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» к лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, кроме помещения их в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа органа управления образованием либо воспитательную колонию. При этом соответствующее решение должно быть мотивировано в приговоре наличием исключительных обстоятельств, характеризующих совершенное лицом деяние и его личность».

Конституционный Суд РФ указал, что оспариваемые заявителем законоположения не исключают уголовную ответственность каких-либо лиц, а обеспечивают ее дифференциацию исходя из принципа гуманизма. Данные нормы не влияют на назначение другим категориям лиц, совершивших преступления, наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности их преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, не ущемляют тем самым их права и, следовательно, не являются дискриминационными (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года № 638-О-О , от 23 июня 2009 года № 898-О-О , от 19 октября 2010 года № 1382-О-О и от 18 октября 2012 года № 1925-О ).

Не оставил без внимания данный вопрос и Верховный Суд РФ, дав разъяснения в пункте 30 постановления Пленума от 1 февраля 2011 года № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 56).

За указанный период судами области положения данной нормы закона применены при вынесении 6 судебных решений.

Приговором Ангарского городского суда П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ему назначено наказание с применением ч. 6.1 ст. 88 УК РФ в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Судом установлено, что преступление П. совершено в возрасте 18 лет. Принимая во внимание данные о личности П., воспитывавшегося с 2003 года в детском доме, учитывая его тяжелое материальное положение, суд нашел данный случай исключительным. С учетом личности виновного, характера совершенного деяния, а также смягчающих наказание обстоятельств, таких как: активное способствование расследованию преступления, признание вины и раскаяния, суд посчитал возможным в соответствии со ст. 96 УК РФ применить положения ч. 6.1 ст. 88 УК РФ в отношении П., не достигшего 20-летнего возраста.

Приговором Балаганского районного суда М. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ (в редакции от 01.03.2012 № 18-ФЗ), назначено наказание с применением положений ч. 6.1 ст. 88 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 2 года. На основании ч. 3 ст. 73 УК РФ назначенное М. наказание постановлено считать условным с испытательным сроком продолжительностью 2 года.

Данное тяжкое преступление М. совершил в возрасте 18 лет 4 месяцев. С учетом фактических обстоятельств преступления, условий воспитания его без родителей в семье опекуна, удовлетворительных характеристик, учебы в техникуме суд применил правила, предусмотренные ст. 96 УК РФ и, назначив подсудимому М. наказание в соответствии с ч. 6.1 ст. 88 УК РФ, сократил низший предел наказания наполовину.

Приговором Братского районного суда А. и В. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ. Каждому назначено наказание в виде лишение свободы сроком на 3 года, с применением ст. 73 УК РФ, назначенное наказания считать условным с испытательным сроком 3 года.

При назначении наказания суд принял во внимание, что А . совершил преступление по данному приговору в период условного осуждения по приговору городского суда, а В. — в период условного осуждения по приговору районного суда.

Поскольку суд пришёл к выводу о возможности сохранения условного наказания, то постановленные ранее в отношении А. и В. приговоры подлежали самостоятельному исполнению.

На основании ст. 96 УК РФ суд счел возможным применить в отношении обоих осужденных нормы уголовного законодательства, регулирующие уголовную ответственность несовершеннолетних. Свой вывод суд мотивировал следующим образом: «Хотя А. и В. совершили преступление в возрасте 18 лет, но В. спустя 10 дней, а А. спустя два месяца после совершеннолетия. А. в настоящее время является студентом, воспитывается в семье, находится на содержании родителей, его поведение ими контролируется. В. в настоящее время устроился на работу, т.е. имеет постоянный доход. Принимая во внимание молодой возраст подсудимых, их положительные характеристики, суд пришел к выводу, что их исправление возможно без реального отбывания наказания, и поэтому посчитал необходимым на основании ст. 73 УК РФ признать назначенное наказание условным с возложением на А. и В. обязанностей, способствующих их исправлению и установлением в отношении них испытательного срока, в течение которого они своим поведением должны доказать, что не нуждаются в реальном отбытии наказания. Учитывая желание подсудимых добровольно возместить потерпевшей причиненный ущерб, суд признал справедливым установить подсудимым срок для заглаживания вреда, причиненного преступлением. При этом дополнительное наказание в виде ограничения свободы суд полагает не назначать, считая достаточным исправительного воздействия основного вида наказания».

Приговором Тайшетского городского суда Г. признан виновным в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев условно с испытательным сроком 4 года. Преступление Г. совершено в период испытательного срока, назначенного приговором городского суда от 26 января 2016 года.

Совершение преступления тяжкой категории в период испытательного срока влекло безусловную отмену условного осуждения и назначение наказания по совокупности приговоров. Суд посчитал возможным с применением положений статьи 96 УК РФ сохранить условное осуждение. К такому выводу суд пришел, исходя из характера совершенного преступления, обстоятельств дела и личности виновного, его возраста и искреннего раскаяния в содеянном, наличия смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих, признав данный случай исключительным.

Постановлением Усольского городского суда уголовное дело в отношении Н., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, прекращено с применением мер воспитательного воздействия на основании ст. 96 УК РФ. При этом суд исходил из того, что Н. хотя и является совершеннолетним, но не достиг 20-летнего возраста, ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, совершил преступление, относящееся к категории средней тяжести, вину признал полностью, раскаялся в содеянном, пытался возместить ущерб потерпевшему, но потерпевший отказался принимать денежные средства. Также судом учитывалось состояние здоровья Н., отраженное в СПЭ, и удовлетворительная характеристика по месту жительства.

Постановлением Шелеховского городского суда прекращено уголовное дело в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ, с назначением судебного штрафа с учетом ч. 2 ст. 88 УК РФ в размере 10 000 рублей. Из постановления следует, что К., 3 июля 1997 года рождения, несудимый, совершил преступление в период с 12 мая по 14 сентября 2015 года. Суд посчитал возможным применить по отношению к нему положения ст.96 УК РФ. В обоснование принятого решения суд указал следующее: «Подсудимый К. впервые привлекается к уголовной ответственности за преступление средней тяжести с началом действий в несовершеннолетнем возрасте, принял меры к удалению запрещенной информации …, вину признал и раскаивается в содеянном, характеризуется положительно и, по мнению суда, не представляет какой-либо общественной опасности».

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда изменен приговор Ангарского городского суда в отношении А., не судимого, осужденного по п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Суд второй инстанции, признав данный случай исключительным, распространив действие главы 14 УК РФ на А., достигшего 19-летнего возраста, применил положения ч. 6.1 ст. 88 УК РФ и смягчил наказание до 4 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционный суд учел фактические обстоятельства дел и данные о личности осужденного: совершение преступления впервые, тяжелое материальное положение А., учащегося в техникуме, воспитывающегося без матери, потерявшего работу.

Изучение практики применения судами Иркутской области при осуществлении правосудия положений ч. 6 ст. 15, ч. 5 ст. 72, ст. 96 УК РФ свидетельствует о недостаточной распространенности изменения категории преступлений, смягчения наказания или освобождения от отбывания наказания при учете срока содержания под стражей и при применении главы 14 УК РФ к лицам в возрасте от 18 до 20 лет, а также о наличии у судей затруднений при применении указанных норм закона.

Вышеприведенный анализ норм закона, разъяснений вышестоящих судов, изучение представленных судами области решении и апелляционной практики Иркутского областного суда, позволили судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда на данном этапе, до получения соответствующих разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, прийти к следующим выводам и рекомендациям.

1. Категория преступления, за которое осуждается лицо, может быть изменена только приговором.

2. Суд вправе разрешить вопрос об изменении категории преступления только после приведения в приговоре суждений по вопросам вида и срока предполагаемого наказания.

3. Сами по себе обстоятельства, смягчающие наказание, не могут иметь самостоятельного значения при принятии судом решения об изменении категории преступления на менее тяжкую. Суд обязан привести конкретные фактические обстоятельства дела, снижающие общественную опасность содеянного, которые влекут снижение категории.

4. При назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд, учитывая длительность срока содержания под стражей и размер назначенного штрафа либо срок лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью обязан (а не вправе) войти в обсуждение вопроса о применении положений ч. 5 ст. 72 УК РФ: либо смягчить назначенное наказание либо полностью освободить его от отбывания этого наказания, при этом наказание может быть смягчено только с учетом положений ч. 2 ст. 46 УК РФ.

5. В срок содержания под стражей, дающий право на применение положений ч. 5 ст. 72 УК РФ, засчитывается не только срок содержания под стражей в порядке ст.ст. 108, 109, 255 УПК РФ, но и срок содержания под домашним арестом в порядке ст. 107 УПК РФ, а также срок нахождения в психиатрическом стационаре в порядке ст. 435 УПК РФ.

6. В резолютивной части приговора суд указывает свое решение по вопросам, перечисленным в ст. 308 УПК РФ. При этом после назначения наказания, ссылаясь на ч. 5 ст. 72 УК РФ, суд либо смягчает наказание до определенного размера, либо полностью освобождает от наказания.

7. К лицам, совершившим преступления в возрасте от восемнадцати до двадцати лет, с учетом характера совершенного деяния и личности могут быть применены положения статьи 96 УК РФ только в исключительных случаях.

8. Сами по себе обстоятельства, смягчающие наказание, не могут иметь самостоятельного значения при принятии судом решения о распространении положений главы 14 УК РФ на лиц, совершивших преступления в возрасте от 18 до 20 лет. Суд обязан не просто формально воспроизвести данную норму закона, а раскрыть фактические обстоятельства дела, данные о личности подсудимого, которые в совокупности позволили расценить случай как исключительный.

Обсуждение закрыто.